Что убило Тымчука

Часть украинцев уважала журналиста Тымчука, считая его одним из столпов воюющей постмайданной страны. Другие видели в покойном беспринципного удачливого выскочку, сумевшего приспособиться, оседлать патриотическую волну и въехать на неё в заветное кресло нардепа.

Я отношусь ко вторым, пишет колумнист украинского еженедельника «2000» Олексий Гайдамака. Но чисто по-человечески Тымчука, конечно же, жаль. 46 лет, самый расцвет жизни, и такая нелепая кончина — самоубийство. У него ведь вроде даже не было детей.

Гражданская жена сказала журналистам, что после победы Зеленского на выборах Тымчук впал в депрессию. Выпивал, жаловался, а в день смерти с раннего утра слонялся по квартире с наградным пистолетом.

Вот вроде пришёл человек к успеху: депутат, известен в кругах патриотов, материальных проблем нет. Чего ж ему ещё? Победа Зеленского не повлияла на войну в Донбассе — те же обстрелы, даже ещё интенсивнее, никакой «капитуляции перед Путиным». А у Тымчука — депрессия. Почему? Потому что из депутатов скорее всего по итогам выборов попрут? Ну и что? Можно вернуться в журналистику, снова ездить на передовую, делать репортажи, врать, что потерь нет. А?

Но вместо этого Тымчук всё вертел наградной пистолет и довертелся.

Сдаётся мне, так произошло потому, что он слишком уж увлёкся обретённым благодаря войне благам. Человеку (как и стране) следует прежде всего опираться не на внешние признаки благополучия, а на внутренние. Главный же из таких признаков — способность противостоять неблагоприятным изменениям в жизни.

Тымчук её утратил. И именно эта внутренняя червоточина его убила.

По-моему, в период с 1991 года эта червоточина превратилась в национальную черту украинцев.