Нищим в Евросоюзе не место

Завершение 2020 г. становится определяющим для Евросоюза. Германия, которая председательствует в руководящих органах в этом полугодии, отчаянно пытается утвердить бюджет Евросоюза на плановый период 2021—2027 гг.

Ценность бюджета для немецко-французского тандема — в возможном утверждении фонда борьбы с коронавирусом в размере 750 млрд. евро. Ради этого пришлось покуситься на бюджет общей сельскохозяйственной политики, пишет колумнист украинского еженедельника «2000» Иван Заречняк.

Был достигнут компромисс, заключающийся в приведении аграрной политики в соответствие с принципами экологической модернизации экономики стран ЕС.

Теперь, чтобы получить субсидии, фермер должен привести свое хозяйство в соответствие с экологическими стандартами. Это означает, что польские фермеры теоретически будут получать намного меньше, чем в 2004—2020 гг. Поляки и венгры на это согласились — им пришлось считаться с неизбежной дырой в бюджете ЕС после завершения процедур выхода Британии.

Однако 12 ноября 2020 г. Еврокомиссия приняла Стратегию равенства ЛГБТ и добавила ее принятие в условия будущего бюджетного финансирования от ЕС.

В ответ ЕС столкнулся с двойным польско-венгерским вето. Венгерский премьер Виктор Орбан также отверг требование ЕС согласиться на квотный принцип принятия нелегальных мигрантов. Польша тоже отрицает такой подход к вопросам миграции.

Не менее сложной является проблема бюджетных субсидий индустрии стран ЕС. Большую часть таких субсидий получают Германия и Франция, которые пользуются деиндустриализацией экономик новичков ЕС.

Дополнительную неопределенность вносит фактор экономической политики будущей администрации Дж. Байдена и торговых условий выхода Британии из ЕС. Велика вероятность, что Байден реанимирует проект трансатлантической зоны свободной торговли, отвергнутый Дональдом Трампом. Если зону создадут, то Евросоюза в торговле с США ожидает статус Украины в ассоциации с ЕС. В таком случае под вопросом будет реалистичность источников наполнения бюджета Европейского Союза.

Финансовые проблемы и экономический кризис могут спровоцировать выход из ЕС, возможно, Польши и Венгрии.

Глубокий кризис, переживаемый ЕС, максимально усложняет переговоры, на которых Украина надеется пересмотреть Соглашение об ассоциации. Завис вопрос индустриального безвиза, то есть локализации промышленной кооперации Европейского Союза с Украиной. Пересмотр квот на экспорт украинской аграрной продукции в страны ЕС под вопросом в связи с пересмотром общей аграрной политики Евросоюза.

Слова верховного представителя ЕС по общей внешней и оборонной политики ЕС Жозепа Борреля о том, что ЕС — это не банкомат, теперь относятся не только к Украине, но и к бедным странам ЕС. Фактически расширения ЕС были финансовой пирамидой, выгоду от которой получили держатели контрольного пакета власти «объединённой Европы».

В сложившихся обстоятельствах пандемии амбиции создания федеративного ЕС стали утопией. Реальностью стал Евросоюз для богатых стран и Евросоюз для бедных. Конечно, руководство ЕС это отрицает и называет попытки анализа реальной ситуации «пропагандой России», которая-де паразитирует на поддержке «европейских скептиков и популистов».

Однако реальность жестко диктует новые правила игры. Пандемия COVID-19 показала, что не все члены Евросоюза могут рассчитывать на солидарность. Значит, ЕС в краткосрочной перспективе имеет шанс локализироваться на клубы по интересам. Институты Евросоюза все более виртуализируются.

Таким же виртуальным становится украинский курс евроинтеграции, превратившийся в ритуальную клятву в верности европейским ценностям, без соответствия им реальной внутренней и внешней политики Украины.

Рациональные люди признают, что реалистический сценарий минимум вдвое хуже самого пессимистического сценария. Однако в политических дискуссиях на Украине жестко табуированы сами попытки реалистического анализа адекватности национальной европейской стратегии объективной реальности.

Получается, что квазиэлиты, отдавшиеся внешнему управлению, навязывают мифы общественному сознанию и ведут государственный корабль в тупик. Отрезвление может быть более трагичным, чем Великая французская революция и последующие наполеоновские войны.