Туземный ксерокс

Например, можно клеймить отечественных законодателей, копирующих «импортную юрисдикцию». Ведь наряду с «бешеным принтером», в России имеет место и «туземный ксерокс».

Ещё в начале нашей эры, Плиний-младший говорил о противниках и конкурентах Древнего Рима: «Враги возгордились, сбросили с себя ярмо подчинённости… не заключают с нами перемирия иначе, как на равных условиях и вместо того, чтобы заимствовать наши законы, навязывают нам свои».

Обратите внимание возмущением «перемирия на РАВНЫХ условиях»; имейте в виду, что отцы США брали за основу своего государства Древний Рим (отсюда все эти орлы, сенаты и т. д.). И сразу станет ясно, почему американцы не заключают для себя плохих международных сделок. «Плохих», то бишь «на равных». Холодная война началась не с какой-то там «фултонской речи», а сразу после Потсдамской конференции, окончательно поставившей СССР вровень с США не только де-факто, но и де-юре.

Следующая «возмутительность» Плиния-младшего — это «навязывание их законов, вместо заимствования наших». Здесь не надо быть семи пядей во лбу, чтобы зарубить на носу — кто игру придумывает, тот в неё и выигрывает. Привычка не творить, а переписывать правила с латиницы на кириллицу — дурная, хотя бы потому, что отучает самостоятельно мыслить. Не говоря уж, об игнорировании «мелочей», вроде географии, истории и менталитета.

Необходимость российского закона «об иностранных агентах» аргументировалась американским аналогом — FARA. Сейчас не о том «нужен — не нужен», а про то, что отечественные законодатели переживали, как бы их «шибко не заругали». Дескать, мы у «цивилизованных, белых людей» передовой опыт перенимаем. В нюансах, конечно, наврали, но более важен сам посыл (точнее — «отсыл»).

Увы, данным примером всё не исчерпать (именно законодательная база обуславливает «ярмо подчинённости» российской экономики), просто он очень уж характерный. Если обосновываешь своё законотворчество не тем, что нужно конкретно нам, а тем, что «у них также», значит, ты и есть «иностранный агент».