«Эффект бумеранга», «выстрел в ногу» и смена курса

Жаркий август 1982 года. Мексика объявила о том, что прекращает выполнять свои обязательства по внешним долгам. Дефолт. С этого момента началось банкротство банков-кредиторов в развитых странах и, в конечном итоге, мир вступил в эпоху крупнейшего в послевоенное время финансово-экономического кризиса. Сегодня последствия санкционной политики для западных стран могут быть более разрушительными. Наказывая Россию, они подписывают приговор своей глубоко больной экономике, фактически «стреляя себе в ногу».

Россия к началу 2022 г. оказалась «по уши» встроенной в глобальные мирохозяйственные связи, заняв лидирующие экспортные позиции по различным сырьевым товарам: газу, нефти, никелю, древесине, зерну и многим другим. Проблемы с доступностью сырья, вызванные санкционной политикой — это первичная проблема, способная вызвать банкротство не только отдельного предприятия, но и всей системы взаимосвязей между поставщиками и потребителями по всей глобальной цепи поставок.

Продавая сырье, Россия оставляла на Западе и полученные от этого доходы, вкладываясь в развитие экономики других стран, покупая товары (поддерживая тем самым зарубежных производителей) и туристические услуги, инвестируя средства не только в производство и торговлю, но и футбол, вкладывая свободные денежные средства в зарубежные банки и в казначейские облигации. Западная экономика росла как на дрожжах, в то время как российская переживала «голландскую болезнь» и деиндустриализацию.

Но этим российский вклад в развитие западного мира не ограничился. Не найдя своего места в сырьевой экономике в западные страны стали уезжать российские специалисты. Существуют попытки оценить в долларовом эквиваленте потери российской экономики от утечки умов и это сотни миллиардов, но, как известно, стоимостные измерители в данном случае неуместны. Потери огромны.

Бенефициарами такой модели рыночной экономики, либеральной и свободной, кроме российских олигархов, стали западные страны, получив из России сырье, капиталы и лучшие кадры. Не исключено, в результате санкционной политики для самих западных стран может сработать «эффект триггера» или, как принято говорить у нас, «эффект последней капели», когда «еще чуть-чуть» и строение начинается разваливаться на глазах. Истощенная глобальным экономическим кризисом, начавшимся в 2008 г., климатическими изменениями и связанными с этим и с коронавирусной пандемией экономическими проблемами и финансовыми потерями, экономика западных стран может не пережить ответного «удара бумеранга».

Но для России сегодня этот этап в развитии экономики завершен. Сейчас главное понять, куда двигаться и что делать нам здесь, в России. В мировой практике примеры успешного выхода стран из чрезвычайно сложных экономических обстоятельств есть. Здесь главное «включить голову», а не полагаться на какие-то магические способности рыночных сил, малого и среднего бизнеса или принцип «главное не мешать». Процессом вывода нашего лайнера к «чистой воде» необходимо управлять. Главное здесь — технологическая перестройка экономики, а не просто точечные попытки производства тех или иных выпадающих деталей и комплектующих. Необходимо вернуться к пониманию «промышленной политики» (андеграундные западные экономисты используют специальный термин industrial policy), которую вывели за пределы общественного обсуждения либеральные рыночники. И нам здесь важно не ошибиться в приоритетах, поскольку если мы продолжим акцентировать внимание на финансах, валюте, банковских кредитах, то потеряем драгоценное время и пойдем по ложному пути.

Сегодня большое значение имеет также смена рулевых: те, кто вел нас по ложному пути, должны уступить место тем, кто способен изменить курс. Внешние обстоятельства создали для такого разворота благоприятные условия: сырье есть, капиталы не уходят, внутренний рынок оставлен для собственных компаний, а специалисты готовы вернуться. Для технологического старта, а только это направление и может вывести нас из сложнейшей ситуации, есть все. И надо понимать, что этот трудный путь, который мы должны пройти — не автаркическая изоляция, а начало перестройки мировой экономики, которая также требует глубокого обновления.

---

Автор — профессор РАНХиГС