Пока американцы готовят к запуску новый космоплан, «Роскосмос» гробит последние советские достижения в космосе

Американцы планируют запустить на орбиту первый космический самолёт семейства Dream Chaser («Бегущий за мечтой») досрочно — уже в будущем году. Об этом официально сообщили НАСА и компания Sierra Space (Сьерра Космос).

Формально, «Сьерра Космос» — новая компания, основанная в апреле 2021 года, но возникла она не на пустом месте. Базисом стала фирма, созданная ещё в начале 60-х годов прошлого века для производства отдельных комплектующих к космическим аппаратам НАСА.

Космоплан является в какой-то степени продолжателем дела пятёрки «Шаттлов», которые летали с 1981 по 2011 год и совершили за это время 135 космических экспедиций, две из которых (на кораблях «Челленджер» и «Колумбия») закончились крушением и гибелью всего экипажа.

Но есть серьёзное отличие. «Шаттлы» были грузовиками — они выводили на орбиту по 24,4 тонны полезного груза. А космический самолет Dream Chaser — это «легковушка», только для пассажиров с багажом.

Стартовать «Бегущий за мечтой» будет вертикально, как и челноки, на ракетах многоразового использования, а садиться — на аэродром, как обычный самолёт. Летные испытания космоплана в атмосфере уже идут полным ходом.

Dream Chaser будет доставлять космонавтов на МКС, а после затопления последней — отправлять туристов на коммерческие космические станции. Кстати, одну из таких коммерческих станций — Orbital Reef (Орбитальный риф) уже изготовила сама же компания «Сьерра Космос» в партнёрстве с корпорацией «Боинг».

«Орбитальный риф» уже прошел все наземные испытания на прочность, и стартует по мере того, как космопланы начнут регулярные полёты, но не позднее, чем до конца десятилетия.

Руководит фирмой «Сьерра Космос» бывший чемпион Турции по велоспорту, а в дальнейшем — авиакосмический инженер Фатих Озмен. Он — и совладелец новой звёздной корпорации, и генеральный директор. Пришло время запомнить это имя, поскольку оно начинает звучать в компании с такими космическими предпринимателями, как Маск и Безос.

Почему у России нет своих предпринимателей, инвестирующих в космос, и когда появятся отечественные космопланы и туристические орбитальные станции? На эти вопросы «Свободной Прессы» ответил научный руководитель Института космической политики Иван Моисеев, высказав своё мнение.

«СП»: Иван Михайлович, в России ведутся работы над космическими самолётами?

— Сейчас уже таких работ не ведётся. В Советском Союзе эти работы шли в рамках проекта «Спираль». (Было около 20 запусков многоразового корабля-самолёта «БОР», — «СП»).

Четыре полёта корабля «БОР-5», в частности, использовались для отработки теплозащитного покрытия «Бурана». (Последний запуск космоплана «БОР-5» состоялся 22 июня 1988 г., после чего программа была закрыта, — «СП»).

В сети ходят разговоры, что корабль Dream Chaser и военный американский «челнок» Х-37 В созданы на основе нашей «Спирали». Обводы корабля «БОР-5» и «Бегущего за мечтой», действительно, похожи. Но я думаю, что это ерунда: они отрабатываются в аэродинамических трубах под массу корабля, а «Бегущий» тяжелее (11,34 тонн) по сравнению с кораблями «БОР» (от 5 тонн до 10 тонн, — «СП»).

Недавно прошла информация о том, что в НАСА отказались от гарантированной оплаты стартов Dream Chaser до запуска (не обещают купить всю партию произведённых «Бегущих», а платить будут только за успешные пуски по программе агентства, — «СП»). Это связано, с тем, что финансирование НАСА значительно сократилось — примерно на 25%.

«СП»: Но компанию «Сьерра Космос» это не остановило, и она только ускорила работу, предчувствуя прибыль. А почему в России перестали делать небольшие многоразовые космические корабли-самолёты? У нас это считается баловством?

— Ну почему «баловство»? Это очень перспективное направление. У американцев есть чисто военная конструкция Х-37 В производства «Боинг», которая уже много лет дежурит в космосе и выводит туда кубсаты (небольшие спутники весом 5−10 кг). Пятитонный Х-37 В может много таких аппаратов вывести на орбиту.

Конструкция корабль-самолёт считается удачной потому, что при посадке парашютного модуля на землю — его потом нужно искать, спасать, эвакуировать. А этот просто садится на аэродром, как обычный самолёт. И эта система уже хорошо отработана, поэтому никто не сомневается, что «Бегущий» будет летать и окажется востребован.

«СП»: Финансирование НАСА сократили на 25%, а отрасли это — нипочём, потому что она держится не на бюджете, а на капиталах богатейших людей в мире и транснациональных авиакорпораций. А почему у нас нет капиталистов в отрасли? И что будет, если «Роскосмосу» обрезать финансирование на четверть?

— Это вполне может произойти, хотя пока ничего подобного не обещали. Но финансирование все равно частично съедается инфляцией. Если оно сократится — катастрофических последствий не будет, просто ускорятся те негативные тенденции, которые мы и так ощущаем.

А своих Масков и Безосов у нас нет, потому что они не очень нужны. С начала ХХI века в российской космонавтике не было ни одной новой разработки — при огромном количестве инноваций во всём остальном мире. У нас, как недавно сказал глава космической «Энергии» Мальцев, советское наследие проедено, а нового мы ничего не сделали.

«СП»: Почему?

— Люди у нас не глупее, чем в Америке, значит дело в плохой организации работы. С тех пор, как в 2015 году «Роскосмос» стал госкорпорацией, произошла полная и окончательная потеря государственного контроля за космической отраслью.

«Роскосмосу» в мире космических держав нет аналогов, настолько глупой у нас получилась структура руководства. Никто в мире не отдаёт космос полностью на откуп компаниям.

Везде есть государственное агентство наподобие НАСА. Оно ставит частникам цели, выдаёт им деньги на реализацию задач. А у нас «Роскосмос» сам получает деньги, сам их тратит, раздавая своим подведомственным предприятиям, сам ставит себе задачи и сам же их и благополучно проваливает. Деньги — бюджетные, но как они тратятся, — этого проверить никто не может, потому что ни в правительстве, ни в структурах президента нет специалистов, которые бы разбирались в космической отрасли.

Если доводить ситуацию до абсурда, то «Роскосмос» имеет все законные возможности и права, чтобы поставить себе такую задачу: вообще ничего не делать, а просто «съесть» бюджетное финансирование. И никто ему ничего сказать не сможет.

«СП»: Что-то подобное и происходит…

— Только это замаскировано под какую-то деятельность. Контракты посторонним не раздаются — только своим, цены определяются самими участниками процесса.

Поэтому у нас и нет инноваций, что получить контракт на новую технику невозможно. Новое — это всегда риск: вдруг не получится, или получится не всё и не так. В Штатах этот риск берёт на себя коммерческое предприятие — участник, и государство не страдает.

А у нас «Роскосмос» хоть и независимый, но за неудачу начальников могут снять. Поэтому они решают так, что лучше не рисковать, особенно когда никто не заставляет.

«СП»: У России есть ряд очень богатых людей, входящих в сотню или даже первый десяток миллиардеров мира. Они тоже не могут стать инвесторами?

— Нет, не могут. По двум причинам.

У них есть негласное разделение труда, они не хотят забираться в чужую сферу. Всё поделено. Космос — у «Роскосмоса».

Вторая причина. «Роскосмос», как монополист, он — ещё и регулятор. Он определяет, кому дать лицензию на космическую деятельность, а кому не давать.

«Роскосмос» с большой неохотой дал лицензию фирме, которая занимается производством очень маленьких, буквально килограммовых образовательных и обучающих спутников, начинку для которых делают дети в школе. Да и то: эта лицензия выдавалась через «Сколково» в упрощённом порядке.

Сам монополист мешает входу в космос других крупных и серьёзных игроков. Процедура лицензирования настолько сложная, что даже «дочки» самого «Роскосмоса» не смогли бы её пройти, если бы их по-новой заставили получать лицензии.