Леса Карелии приносят одни убытки

В правительстве Карелии состоялось совещание, на которое пригласили руководителей лесопромышленных предприятий республики. Вёл его губернатор, а прозвучавшие оценки — самые пессимистичные:

— Лесозаготовительные предприятия республики убыточны;

— Лесопиление убыточно;

— Успешно работавшие до недавнего времени целлюлозно-бумажные комбинаты снижают объемы производства;

— Бумажные мешки Сегежского ЦБК не находят спроса;

— Склады забиты продукцией, и руководство увольняет работников;

— Кондопожский ЦБК, производящий газетную бумагу, еле удерживает стопроцентный показатель в сравнении с аналогичным периодом прошлого года…

Губернатор объяснил обвал отрасли плохим менеджментом предприятий и двойной бухгалтерией, когда в налоговые органы уходят сведения об убыточности леспромхозов и лесозаводов, но при этом их владельцы имеют скрытые доходы и немалые. Руководитель республики впервые публично сообщил, что в Карелии более тысячи «непонятных фирм» кормятся от леса, перепродавая его. Впервые назвал он и число так называемых, спецэкспортеров — оказывается их более 700 — и «никто не работает себе в убыток».

Впрочем, участники совещания не стали сводить проблемы отрасли только к этим причинам. Замминистра лесного комплекса Карелии Владимир Матросов напомнил, что себестоимость продукции, производимой предприятиями ЛПК Карелии, в 2−2,5 раза выше аналогичной из Финляндии.

— И техника, на которой мы работаем, и технологии, — сказал министр, — преимущественно советские. А теперь к этому добавился еще и мировой кризис, когда российская продукция за рубежом не нужна. А ведь лесосырьевая экономика приграничной Карелии ориентирована преимущественно на экспорт.

Плюс из производственного оборота, прозвучало на совещании, быстро вымываются деньги. Коммерческие банки перестали кредитовать лесопромышленный комплекс, считая данный вид бизнеса, рискованным. В результате предприятия остаются без оборотных средств, и быстро распространяется волна взаимных неплатежей. Скажем, Сегежский ЦБК уже должен лесозаготовителям более 300 миллионов рублей. Если деньги в леспромхозы не поступят, то работа встанет, потащив следом социальные проблемы.

Что же делать?

Члены правительства чаще озвучили мысль, что нужно отбирать лесной фонд у арендаторов, которые не выполняют обязательств — все брали лес в долгосрочную аренду под глубокую переработку, на самом же деле лишь торгуют древесиной.

Угроза вполне серьезная, поскольку в разгаре кампания по перезаключению договоров и эту работу следует завершить до конца года. Хотя понятно, что оставить без предмета леса предприятия — смерти подобно и для самой республики.

В конце совещания глава Карелии обратился к лесопромышленникам с риторическим вопросом: «Что делать, ведь я должен народу что-то говорить, состоятелен я или нет?»