Вашингтон готовит «лекарственную блокаду» России

Вашингтон предлагает своим сателлитам из G7 на предстоящем 18−21 мая саммите в Японии обсудить и принять очередной, 11-й по счету, пакет антироссийских санкций, поскольку первые 10, вопреки ожиданиям, отнюдь не «порвали в клочья» экономику РФ. Теперь Запад планирует сменить тактику и прейти от «ураганного натиска» к «долговременной осаде».

Белый дом намеревается «рассмотреть возможность приближения к полному запрету большей части экспорта в Россию, что может привести к значительному ужесточению экономического давления на российское руководство», сообщает агентство Bloomberg.

На практике это может вылиться в то, что списки запрещенной к отправке в Россию продукции будут заменены перечнем разрешенной, однако он будет предельно ограниченным с дальнейшим пересмотром в сторону сокращения позиций.

Таким образом под полный запрет могут попасть поставки в Россию не только западного продовольствия и сельхозпродукции, но и высокотехнологичного медицинского оборудования и лекарств.

То есть, несмотря на то, что Госдеп всячески подчеркивает, что не рассматривает российское население как врага, администрация Джо Байдена с легким сердцем по факту готова к повторению сценария 1992 года с полным торговым эмбарго Республики Югославия, результатом которого стал, в частности, резкий рост заболеваемости и уровня смертности среди мирного населения.

Правда, воплощение такого сценария в жизнь пока под вопросом — слишком уж большими стали разногласия внутри стран ЕС по вопросу эффективности антироссийских санкций в целом. Да и международные и национальные фармацевтические компании не готовы к потере российского рынка.

Но если вдруг каким-то непостижимым образом у Белого дома найдутся действенные рычаги давления на несогласных, способна ли Россия пережить западную лекарственную блокаду?

Да, по итогам прошлого года, согласно данным из открытых источников, отечественная фармацевтическая промышленность продемонстрировала рост в 22%. Однако год на год, как известно, не приходится. А если этот рост легко сменится равнозначным упадком?

Да, в мае должна стартовать реализация правительственной концепции технологического суверенитета, по итогам которой к 2030 году коэффициент нашей независимости должен вырасти в 2,5 раза, в том числе и по линии фармацевтики. Но как будут обстоять дела с лекарственным обеспечением россиян в ближайшие 7 лет?

— Давайте начнем с того, что Вашингтон замахивается на святое для всех, на жизни и здоровье людей, а это в корне неправильно, — поделилась с «СП» собственным видением ситуации руководитель Высшей школы организации и управления здравоохранением (ВШОУЗ), доктор медицинских наук Гузель Улумбекова. — Это неправедная политика властей США по отношению к россиянам, да вообще к любому народу, вызывает по меньшей мере недоумение.

«СП»: Нынешнему Вашингтону до нашего как минимум крайнего недоумения нет абсолютно никого дела, коль скоро на кону стоит обожаемая «мировая гегемония». В этом свете наша фармацевтика подготовлена к гипотетическому существованию в режиме «западного лекарственного эмбарго»?

— В результате реализации государственной программы «Развитие национальной фармацевтической и медицинской промышленности» («Фарма-2020»), которая длилась с 2013 по 2020 годы, мы успели восстановить и даже построить с нуля ряд отечественных фармзаводов и наладить производство лекарств. В результате более половины лекарственных номенклатур на данный момент производится в России. В основном это препараты, входящие в список ЖНВЛС — жизненно необходимых и важнейших лекарственных средств.

Если в результате очередного пакета антироссийских санкций что-то перестанет экспортироваться в Россию из недружественных стран Запада — например, какие-то суперинновационные молекулярные препараты, которые тоже, безусловно, необходимы отдельным категориям российских пациентов, — это, конечно, может создать проблемы. Однако надо понимать, что большая часть всех необходимых для выпуска лекарств субстанций производятся в Индии и Китае, и здесь я лично не предвижу существенных препятствий для налаживания производства большинства современных лекарств.

К тому же совсем недавно исполнительный директор Ассоциации международных фармацевтических производителей (AIMP) Владимир Шипков гарантировал, что никто — по крайней мере, из европейских производителей лекарств — с российского рынка уходить не собирается.

Правда, это было еще до последних намерений Вашингтона, но, думаю, мы с этой проблемой сможем справиться. По крайней мере, в сфере производства основных лекарственных препаратов, благо что сейчас Россия просто семимильными шагами пытается наверстать упущенное в производстве отечественных лекпрепаратов, чему немало поспособствует, я уверена, рассматриваемая сейчас Минпромторгом госпрограмма «Фарма-2030», задуманная как продолжение предыдущей программы «Фарма-2020».

Есть и еще одна положительная тенденция — ряд крупных индийских и китайских фармпроизводителей намеревается инвестировать в строительство в России собственных заводов по производству лекарственных препаратов и субстанций. Что в Китае, что в Индии фармация очень развита, так что, думаю, если и возникнет какой-нибудь пробел в результате реализации Вашингтоном своих намерений по «лекарственному эмбарго», мы справимся. Иран же справился, когда попал под санкции США. А сегодня иранцы приезжают в Россию и предлагают некоторые прямо-таки инновационные лекарства.

«СП»: Отечественная фармация тоже, наверное, внесет свою лепту в заполнение этих гипотетических лакун?

— Несомненно. Только надо учесть, что для этого нам предстоит изрядно потрудиться. Ведь для того, чтобы продолжать развивать отечественную фармацевтику, нужно восстановить и химическую промышленность, и лабораторное производство, и лабораторное животноводство, наладить подготовку квалифицированных кадров, преподавателей. Это довольно дорого обойдется, но сделать необходимо .

«СП»: Понятно, что с производством собственных лекарственных средств мы так или иначе, рано или поздно, но справимся. А с реализацией не будет проблем, если что? Не так уж редко недобросовестные реализаторы в России создают искусственный дефицит или дико завышают цены на тот или иной товар, списывая все на международную обстановку и изменение каналов поставок.

— У нас, слава Богу, цены на жизненно необходимые препараты регулируются государством, а в этот список ЖНВЛС входит достаточно большое количество препаратов, чтобы обеспечить базовые потребности населения. Так что здесь все будет жестко привязано к уровню инфляции в стране.

Что касается препаратов, не входящих в список ЖНВЛС, то здесь, конечно, существуют эти риски. Чтобы их нивелировать, государство должно принять определенные меры, как это принято в большинстве развитых стран.