Трамп дрогнул, доллар устоял — реальные причины взлета и обвала цен на золото

Безудержное ралли на рынке драгоценных металлов, завершившееся мощнейшим обвалом, подробно описано в статье «Недоверие к доллару вылилось в апокалипсис на рынке золота».

Но в фундаментальные причины этих событий мы не вдавались; ограничились лишь рассмотрением событий на рынке: спекулятивного фактора и вероятной манипуляции со стороны крупных американских банков-маркет-мейкеров, которая, на наш взгляд, и позволила придать обрушению котировок поистине эпический масштаб.

Аналитики спорят, было ли во всём этом что-то помимо чисто спекулятивного фактора. На наш взгляд — да. Разберем подробнее.

Важнейшая фундаментальная причина — эрозия доверия ко всем фиатным валютам из-за огромных и неконтролируемо растущих объемов госдолга в развитых странах (debasement trade). Но это долгоиграющая причина: она известна уже давно и усугубляется постепенно. А потому не объясняет, почему ралли началось именно прошлой осенью.

Ключ к старту ралли золота и серебра надо искать в США. Как уже отмечалось, президент Трамп с самого начала своего второго срока оказывает на Федеральную резервную систему (ФРС) и ее председателя Джерома Пауэлла беспрецедентное давление с целью заставить быстрее снижать ключевую ставку, несмотря на то, что инфляция в США всё еще находится значительно выше целевого ориентира 2% (она «залипла» на уровне 2,7−2,9% по индексу Core PCE, для которого этот ориентир установлен).

Пауэлл сначала сопротивлялся нападкам Трампа, но, когда тот пригрозил уголовным преследованием за растрату при строительстве нового здания ФРС, банкир отступил. В августе он впервые дал сигнал, что ставка будет снижена, и на сентябрьском заседании это было сделано. Примерно тогда и начался рост котировок на рынке золота и серебра.

Далее события вокруг ФРС развивались следующим образом. На каждом из двух последующих заседаний (в ноябре и декабре) ставку снижали еще на один шаг (на четверть процентного пункта — п.п.). В итоге ключевой диапазон снизился до уровня 3,5−3,75%, то есть стал менее чем на 1 п.п. выше «залипшей» инфляции. Это совсем не та жесткость, которая требуется для хотя бы постепенного возвращения инфляции к цели.

Плюс к тому, на ноябрьском заседании было объявлено об остановке с декабря программы «количественного ужесточения». Это была программа сокращения баланса ФРС, то есть «печатный станок наоборот».

Она была запущена для устранения последствий «количественного смягчения» (QE), то есть безумного печатания денег через масштабную покупку гособлигаций на баланс, которую ФРС проводила в 2020—2021 годах во время ковидного кризиса.

Но и это еще не всё. Уже на декабрьском заседании ФРС запустила новое «почти-QE» — покупку на свой баланс гособлигаций, но только краткосрочных (считается, что это меньше искажает ценообразование на финансовых рынках, чем покупка более длинных бумаг).

Однако Трампу и этого было мало. Он продолжил нападки на Пауэлла, а в январе опять поднял тему уголовного преследования главы ФРС. При этом публично требовал от регулятора дальнейшего снижения ставки на январском заседании.

На этом фоне в политических кругах США росло понимание, что процесс идет не туда. Рост котировок драгметаллов и падение курса доллара относительно других резервных валют, по-видимому, также внесли вклад в формирование этого понимания. В Конгрессе стали раздаваться голоса в защиту независимости ФРС.

А главы ведущих мировых центробанков выступили с совместным заявлением в поддержку ФРС и лично ее председателя. В таких условиях Пауэлл нашел в себе смелость публично выступить против нападок Трампа, а ФРС на заседании в минувшую среду сохранила ставку неизменной.

Параллельно с этим развивалась история с назначением нового главы ФРС. Это плановая замена, поскольку срок полномочий Пауэлла истекает в мае этого года, так что Трампу уже пора было определяться с новой кандидатурой, которую он должен представить Конгрессу для одобрения.

Сначала он склонялся к кандидатам, которые должны были беспрекословно выполнять его указания, но по настроениям в Конгрессе стало ясно, что такие выдвиженцы одобрения не получат. А до тех пор, пока утвердят преемника, Пауэлл продолжит исполнять обязанности главы ФРС, что Трампа совсем не устраивало.

Поэтому в четверг 29 января появилась информация (на тот момент неофициальная), что Трамп выдвинет на пост главы ФРС Кевина Уорша, известного своим крайне негативным отношением к «количественному смягчению». Более того, он активно выступает за продолжение сокращения баланса ФРС.

Таким образом, участники рынка посчитали, что полной утраты независимости ФРС после смены ее главы не произойдет; денежно-кредитная политика останется более-менее традиционной.

Именно поэтому информация о возможном назначении Уорша и стала триггером к началу коррекции на рынке золота и серебра. А когда в минувшую пятницу она подтвердилась официально, обвал котировок драгметаллов приобрел характер апокалипсиса.

Тем не менее, говорить о том, что ФРС восстановила свою независимость, пока нет никаких оснований. Мы до конца не знаем, какие есть непубличные договоренности между Трампом и Уоршем. Выводы об этом можно будет делать только по реальным действиям нового руководителя Федрезерва.

Эта эпопея отношений американского президента и главы ФРС и дала старт росту драгметаллов, подорвав доверие к доллару.

Доверие к прочим основным фиатным валютам, как уже сказано, тоже подвергается эрозии, поскольку долговая нагрузка стран-эмитентов представляется всё более неподъемной. Эти проблемы никуда не уйдут, даже если ФРС возглавит самый грамотный, дальновидный человек, а регулятор полностью сохранит независимость.

Пока мы видим только начало процесса. Это всего лишь эрозия доверия, а не полная его потеря. Еще никто не бежит менять все свои фиатные деньги на что-то реальное, как это происходило, например, в Веймарской Германии.

Но эрозия доверия к фиатным валютам означает, что серьезные инвесторы по всему миру постепенно начинают увеличивать в своих портфелях долю драгметаллов — хотя бы для диверсификации рисков.

Раньше доля золота в инвестиционных портфелях состоятельных частных инвесторов была очень небольшой (по некоторым оценкам, в среднем по миру порядка 3% в 2022 г.; на Западе — еще меньше, в Азии — чуть больше). Теперь она начинает расти. Увеличение этой доли еще хотя бы на 1−2 п.п. означает огромный дополнительный спрос на золото. Это и лежало в основе динамики его котировок во второй половине прошлого года.

А потом процесс перекинулся на серебро. Здесь для ралли были и свои фундаментальные факторы: в частности, рост физического спроса на металл в Китае. Котировки серебра на Шанхайской бирже тянули за собой вверх мировые цены.

В Китае спекулятивный фактор также имел место, но на Шанхайской бирже гораздо больше доля контрактов, доводимых до поставки. На американской COMEX основная часть контрактов до поставки не доводится, то есть COMEX — это главным образом рынок «бумажного» золота и серебра.

Сторонники концепции, что ралли на рынке драгметаллов изначально было чисто спекулятивным явлением, на приведенные нами аргументы об эрозии доверия к доллару и основным фиатным валютам дают следующее возражение. Бешеное «печатание денег» ведущими мировыми в 2020—2021 годах, разогнавшее инфляцию в западных странах почти до двузначных уровней, должно было еще больше подорвать доверие к основным фиатным валютам, но в то время мы и близко не видели подобной динамики в драгметаллах.

Можем ответить на это возражение так. Тогдашние действия ФРС и других ведущих мировых центробанков можно было объяснить как ошибку исполнителя. Монетарные власти оказались в беспрецедентной ситуации ковидного кризиса, они действовали наугад и, естественно, наделали массу глупостей.

Однако, пусть и с запозданием, ошибки были осознаны и признаны публично, началось их исправление. Меры — настолько жесткие, насколько это возможно при нынешнем уровне закредитованности экономики — привели к снижению инфляции.

Да, в США она так и не достигла целевого ориентира 2%, но всё-таки стабилизировалась не так далеко от него, и до августа прошлого года ФРС продолжала поддерживать весьма жесткую денежно-кредитную политику (ДКП), чтобы хотя бы очень медленно и постепенно, но вернуть инфляцию к цели.

Теперь ситуация принципиально иная: смягчение политики ФРС вызвано не эксцессом исполнителя, который рано или поздно будет скорректирован, а системным фактором — потерей ее независимости. По крайней мере так было до объявления кандидатуры Уорша, но, вероятно, в определенной степени эта ситуация сохранится и впредь.

---

Авторская версия статьи специально для «СП»

---

Последние новости о банках, банковских картах, сбережениях и финансовых рынках, — в теме «Свободной Прессы».