Александр Рар: Грецию надо выкинуть из ЕС

6 мая в парламенте Греции пройдет голосование по правительственному плану резкого сокращения государственных расходов. Принятие плана — условие предоставления Греции международной помощи на сумму в 110 миллиардов евро, пятую часть из которых должна выделить Германия. Страна переживает острый финансовый кризис, ее бюджетный дефицит угрожает стабильности единой европейской валюты.

Накануне этого, 5 мая в центре Афин произошли беспорядки. Полиция применила слезоточивый газ при разгоне демонстрации протеста против мер экономии. Манифестанты требовали, чтобы за кризис расплачивались богатые — крупный бизнес и банки. Они критиковали стабилизационное соглашение Греции с ЕС и МВФ, которое предусматривает экономию в 30 миллиардов евро в течение трёх лет, прежде всего, за счёт сокращения зарплат и пенсий и резкого повышения налогов.

Как будет развиваться ситуация, рассуждает немецкий политолог-международник, член Совета по внешней политике ФРГ Александр Рар.

«СП»: — Александр, в Греции — массовые беспорядки. Проголосует в таких условиях парламент за затягивание поясов?

— Проголосует. С греками есть договоренность, оппозиция не будет выступать против. Принятие плана сокращения госрасходов — это их единственное спасение.

«СП»: — А как себя поведет немецкий парламент? (Ангела Меркель пообещала, что Германия в течение трех ближайших лет выплатит Греции сумму в размере 22,4 миллиарда евро. Это решение должен еще одобрить Бундестаг, — прим. «СП») Немцы массово не выражают недовольства по поводу того, что им придется оплатить греческие долги из собственного кармана?

— Массового недовольства нет. Немецкие СМИ и политики очень умело отстаивают теорию, что у Германии вообще нет альтернативы, нежели как спасать Грецию. Потому что в противном случае — как говорят во всех телевизионных ток-шоу и газетных передовицах, — рухнет евро, и от этого пострадает, в первую очередь, немецкая экономика. Они горят, что экономика Германии сейчас переориентирована с дойчмарок на евро — на тот евро, который является главным инструментом немецкой внешней торговли. И что в немецких интересах спасать евро в Греции.

«СП»: — А вы сами как считаете, это правильное объяснение?

— Знаете, в этом есть доля правды, если смотреть на все, что происходило в Европе в последние десятилетия. Зря же евро не ввели, евро сейчас распространяется на большое количество стран, и солидарность нужна.

Правда, у меня возникает вопрос: а в чем будет проблема, если евро ослабится? Доллар слабеет, китайцы играют своей валютой, искусственно ее снижая. Почему нельзя допустить, чтобы евро снизился? Может, наоборот, тогда немецкие товары будут дешевле? Конечно, жизнь в Германии в таком случае будет дорожать, но экспорт Германии только выиграет в такой ситуации.

Второй вопрос: а почему Грецию нельзя просто выкинуть из европейской зоны? Что такого страшного произойдет? Они снова ведут драхмы, искусственно снизят курс этой новой драхмы, и уничтожат свои долги. Конечно, весь мир будет зол на греков — точнее, не весь мир, а банки, потому что они потеряют свои деньги. Но, с другой стороны, Греция таким образом может себя спасти. Она не вернется в Европу, но она будет существовать вне Европы, как, допустим, Турция или Украина. Почему нет? Греция таким образом восстановит свой суверенитет в фискальной политике.

А что происходит сейчас? Греция вынуждена будет идти тем путем, по которому шла Россия, Украина, другие постсоветские страны в 1990-е годы, когда они должны были полностью подчинить свою экономическую и государственную политику Международному валютному фонду. МВФ сейчас будет посылать своих эмиссаров в Грецию. Они будут сидеть в кабинетах правительства, и четко проверять, на что Греция тратит свои деньги. В такой ситуации Греция фактически отказывается от своего финансового суверенитета. Не умнее ли было бы сейчас выйти из еврозоны и уйти в собственное плавание?

Думаю, по этим причинам влиятельные банки и финансовое мировое сообщество не хочет отпускать Грецию из ЕС. Они боятся, что в таком случае они, действительно, все потеряют. А так есть шанс, что через кредит, который Греция сейчас получит, она какие-то деньги сможет вернуть.

«СП»: — Эксперты в России говорят, что ситуация вокруг Греции потенциально может оказаться второй волной кризиса. Они ссылаются на прогноз агентства Standard & Poor’s. Вслед за понижением кредитного рейтинга Афин, агентство намерено в ближайшее время понизить кредитный рейтинг Испании. Дело не только в проблемах Греции и Португалии, говорят эксперты, речь идет об Италии и Испании. Если «эффект заражения» пойдет на них, эти экономики-тяжеловесы могут потянуть за собой весь Евросоюз. Это вероятный сценарий?

— Иногда нужно протереть глаза, сесть и подумать: что происходит, где мы находимся — в реальном мире, или в каком-то кино ужасов. Рейтинговые агентства, которые лет 10−20 назад вообще не существовали, сегодня делают большую мировую политику. От них зависит психология, атмосфера на рынках, действия государств. Мне это напоминает иногда большое казино, в котором кто-то начинает игру, и другие должны следовать его правилам.

Думаю, такая страна, как Португалия тоже может попасть в ту же ситуацию, что и Греция. Но на счет более крупных стран, например, Италии, я это представляю с трудом. Там все-таки есть промышленность, и очень много. Причем итальянцы два года назад первыми заговорили, что им может надоесть евро, и они могут вернуться к своим лирам. Так что, думаю, все не так страшно, и не нужно разводить панику.

Но, с другой стороны, остается фактом, что финансовый кризис не закончился. Все думали, что он будет проходить по графику «V», а правы оказались те эксперты, которые предсказывали график «W»: короткий подъем, и резкий повторный спад. Это уже другой кризис. Не банковский, как в 2008—2009 годах, это кризис самих государственных и правительственных систем в целом ряде стран. Это очень опасный кризис, поэтому полностью исключить варианта, о котором вы сказали, тоже нельзя.

«СП»: — В России некоторые аналитики считают, что если бы у ЕС было желание остановить ухудшающееся развитие событий, они сделали бы это моментально. Что Германия сама виновата, что она сама тянула до последнего с решением о помощи Греции, так как ей, крупнейшему экспортеру ЕС, выгодно снижение курса евро. Это так?

— Это внешне правильно, но слишком заумная теория. Все гораздо проще. Как я уже сказал, что для Германии не катастрофично, если евро будет слабеть. Мы помним, каким евро был слабым, когда его ввели, и с каким трудом он поднимался — катастрофы тогда тоже не было. Но главная причина, почему Германия, главный донор Греции, отреагировала так поздно, намного проще. Причина — чистая политика.

В Германии 8 мая пройдут выборы в самой большой земле Северный Рейн — Вестфалия. Христианские демократы могут эти выборы проиграть. Это будет самым большим ударом по госпоже Меркель, потому что она тогда теряет большинство в Бундесрате — нашем Совете Федерации. Когда в Греции начал развиваться кризис в феврале-марте 2010 года, естественно, немецкий избиратель задавал себе вопрос (он был плохо информирован): а что делать? Большинство немцев было против помощи Греции. Госпожа Меркель умело использовала эти настроения: она достаточно популистский политик, и сделала пару заявлений, которые были нацелены только на избирательную кампанию в Вестфалии. Она сказала, что грекам мы давать денег не будем. После этого машина по предоставлении помощи Греции, естественно, остановилась.

На немцев давили, в частности французы, чтобы мы помогали грекам. Но госпожа Меркель говорила: нет. Она думала, что сможет выдержать такую позицию, что греки сами выйдут из кризиса. И она думала, в первую очередь, о выборах. Но, как мы увидели, сама Греция сломалась, и в панике стала кричать о помощи. Это, конечно, расстроило все планы госпожи Меркель и христианских демократов на выборах. Поэтому они спасаются тем, что убеждают: другого выхода у нас нет, надо спасать евро, или все будет еще хуже. Насколько немцы в это поверят, мы увидим на выборах.

«СП»: — Есть такой прогноз. Европейские проблемы отразятся на соседях в Центральной и Восточной Европе, имеющих серьезный госдолг и внешнюю закредитованность экономик. Отток капитала из этих стран станет причиной их финансовой слабости. В частности, Москву может ожидать ухудшение платежного баланса, а снижение нефтяных цен скажется на бюджетных доходах. Вы согласны с такой версией развития событий?

— Да, конечно. Кризис, повторюсь, развивается по графику «W». Восточная Европа, многие другие страны уже нацелены на переход на евро. Там заправляют экономикой западные банки — те же немецкие и французские. Так что финансовый кризис, думаю, затронет в этих странах и государственные структуры, а экономика там точно будет стагнировать. Это будет отражаться и на глобальной экономике: газ и нефть в прежних количествах, возможно, закупаться не будет. Так что, по одному из вариантов, цены на нефть и газ будут падать.

Но, с другой стороны, взорвавшаяся в Мексиканском заливе нефтяная платформа подорвет планы Барака Обамы по освоению шельфа. Скорее всего, США не будут наращивать собственную добычу нефти на шельфе и увеличат поставки сырья из Персидского залива. России это на руку: возврат к традиционным рынкам сырья подтолкнет стоимость барреля на мировом рынке. Так что спрос на нефть все равно будет.

«СП»: — Какая главная проблема во всем этом у России?

— Россия играет свою игру в финансовом кризисе: она скупает постсоветское пространство — Украину, Киргизию, Белоруссию. Россия копит на это деньги, и в ближайшие месяцы начнется большое соревнование между рублем и евро. Это будет самая интересная игра на фоне кризиса. В отличие от Евросоюза, у России есть колоссальные накопленные запасы. И еще непонятно, какими сюрпризами обернется кризис.