Евгений Спицын: Хрущев выдвинул против Сталина 61 обвинение — ни одно не подтвердилось

Личность Иосифа Сталина вновь становится популярна даже среди чиновников. На него ссылаются в выступлениях и ставят памятники. В крупных книжных магазинах целые шкафы отведены Сталину. При этом его пытаются противопоставить Ленину: якобы тот Россию развалил, а Сталин собрал и превратил в «Красную империю». Развеял ли ветер истории то, что было нанесено на могилу «отца народов»? «Свободная Пресса» обсудила это с историком, публицистом Евгением Спицыным.

«СП»: Растущая популярность Иосифа Сталина сегодня — запрос на историческую справедливость?

— Есть много слагаемых популярности Сталина в современной России и других странах. Во-первых, это отрицание «перестройки» и того, что было вылито на фигуру Сталина и на его великую эпоху, когда шло тотальное промывание мозгов. Сталина выставляли чуть ли не самым кровавым персонажем мировой истории. И многие, к сожалению, уверовали в это в годы горбачёвской перестройки.

Но, в последнее время образ Сталина в общественном сознании пытаются вновь поднять, придумали формулу «красный император» — чрезвычайно лживую и опасную, на мой взгляд. За красивой фразой стоит попытка поставить Сталина на одну доску с Александром III, Николаем I, Петром I. Но Сталин на несколько порядков выше всех указанных персоналий по той роли, которую он сыграл и в российской, и в мировой истории.

---

ПОЛНОСТЬЮ БЕСЕДУ С ЕВГЕНИЕМ СПИЦЫНЫМ СМОТРИТЕ В СП-ВИДЕО

Прямые ссылки передачи в RuTube, VK, YouTube. Смотрите все передачи СП-ВИДЕО

---

«СП»: Сегодня часто противопоставляют Сталина и Ленина. Но на самом деле ведь Сталин был продолжателем ленинской традиции.

— Противопоставление двух вождей партии и государства началось ещё в хрущёвскую эпоху. Авторитетом Ленина били по Сталину. И уже тогда рождались те мифы и мерзости, которые наиболее активно в годы горбачёвской перестройки будут использовать Александр Яковлев и компания.

Безусловно, Сталин был одним из самых образованных марксистов большевистской партии. Ленин его за это ценил. В партии было не так много теоретиков марксизма, которые могли бы внести новое в теорию.

Обычно называют фигуру Бухарина, но Ленин довольно скептически относился к его воззрениям. Говорил, что они — формально марксистские, но Бухарин никогда не знал и не учился диалектике. А Ленин утверждал, что марксизм — это не догма, а руководство к действию. А что является механизмом этого руководства к действию? Та самая диалектика, которую Маркс перенес на законы общественного развития.

Второе. Сталин был очень хорошим организатором и не рвался в вожди в отличие, например, от Троцкого, Зиновьева, Бухарина. Но Ленин прекрасно знал, что, если есть серьезное дело, надо поручить именно Сталину. И он был спокоен: Сталина не надо контролировать, он всё исполнит в срок.

«СП»: А когда их начали противопоставлять?

— Это известный алгоритм Яковлева, который был описан им в предисловии к «Черной книге коммунизма», написанной европейскими гуманитариями. Александр Яковлев, сделавший головокружительную партийную карьеру, написал там мерзкую статью «Большевизм — социальная болезнь XX века», где признается, что после XX съезда его группа разработала алгоритм действий по разрушению, по сути, нашего общественного строя и государства.

Механизм такой: авторитетом Ленина ударим по Сталину, в случае успеха авторитетом Плеханова и социал-демократии ударим по Ленину, в случае нового успеха ударим уже авторитетом общечеловеческих ценностей.

Во времена перестройки пошли публикации советских историков, в том числе историков КПСС, где они с пеной у рта доказывали, что в конце жизни Ленин сблизился с Троцким и у него испортились отношения со Сталиным.

В пример приводили ленинскую характеристику Сталина в его якобы написанной статье, хотя Ленин болел и ничего уже писать не мог: статья была надиктована. Есть книга Валентина Сахарова, профессора МГУ на эту тему, «Политическое завещание Ленина: реальность, истории и мифы политики».

Там довольно убедительно доказывается, что последние ленинские статьи в большей части принадлежали не ему. И есть целый ряд исследований, в том числе вышедших в наши дни, где подтверждается факт, что в последние годы жизни отношения Ленина со Сталиным, наоборот, носили товарищеский характер.

«СП»: А как Сталин подходил к практике марксизма?

— Будучи марксистом, большевиком и диалектиком, он, естественно, менял элементы своей политики, опираясь на реалии жизни, применяя диалектический метод познания.

Сталин уловил вызовы времени. Когда понял, что новая мировая война неизбежна, то поставил задачу: пробежать за 5−10 лет то, на что США понадобилось 100−150 лет.

Либо мы это сделаем, либо нас сомнут. А что надо делать в этих условиях? Прежде всего, создавать индустриальную мощь державы.

По мнению Бухарина, по классическому сценарию надо было сначала нарастить советское крестьянство, чтобы оно «обросло жирком», и уже потом — индустриализация. Но времени на это не было, а была реальная угроза нападения на нашу страну «коллективного Запада».

Сталинский курс доказал свою жизнеспособность именно в годы войны, выдержал самый суровый экзамен. Мы выстояли против всей объединенной Европы. Уже к середине 1943 года мы производили больше боевой техники, вооружения, снарядов, патронов, чем вся объединенная, распластанная под пятой Гитлера Европа.

«СП»: XX съезд имел разрушительные последствия, в том числе для Советского Союза. А как восприняли в мире доклад Хрущёва?

— В Европе многие коммунистические партии за чистую монету восприняли хрущевский доклад и ужаснулись приведённым там «фактам».

Но уже доказано, в том числе зарубежными и нашими историками, что в хрущевском докладе ни один факт не имеет под собой реального исторического подтверждения, ни одно из 61 обвинения не подтвердилось.

А тогда, под влиянием этого доклада, затем постановления, самые крупные европейские компартии перешли на позиции еврокоммунизма. Первопроходцами стали итальянцы, чья компартия была очень влиятельна.

«СП»: В чем принципиальное отличие еврокоммунизма от марксизма-ленинизма?

— Они ревизионисты, отринули основные положения марксистской доктрины о революции как неизбежном этапе строительства социализма, о государстве диктатуры пролетариата. Говорили, что мирным путем, через парламентские выборы можем прийти к власти, завоевав парламентское большинство, сформировав свое правительство.

Хотя Ленин всегда говорил, что истинной чистой демократии не бывает в классовом обществе, демократия всегда носит классовый характер, и никто вас до реальной власти мирным путем через процедуру выборов не допустит. Избраться в парламент, занять нишу вы можете, но реальную власть не получите. Тем не менее, это стало базой еврокоммунизма.

И второе положение еврокоммунистов: давайте не будем говорить о том, что социализм — это отрицание капитализма.

Возьмем из двух систем самое лучшее, соединим и создадим нечто новое, конвергенцию. У нас это тоже стали продвигать еще во времена того же Хрущева и Брежнева.

«СП»: А кто не поддержал антисталинскую позицию?

— Энвер Ходжа из Албании категорически не принял решения XX, а затем XXII партийного съезда. У нас произошел полный разрыв и по партийной, и затем по государственной линии. Он остался на ортодоксальных сталинских позициях.

Сталин для него всегда был своеобразным идеалом. И, конечно, Китай. Руководство КПК и лично Мао Цзэдун категорически не приняли антисталинский хрущевский курс. И именно он стал причиной разрыва между нами. Мао высказал Хрущеву, что он своим докладом и своим постановлением нанес смертельный удар по мировому рабочему и коммунистическому движению.

«СП»: На XIX партийном съезде КПРФ приняла решения с осуждением докладов Хрущева на XX и XXII съездах. Что это даёт?

— Историками достоверно установлено, что хрущевские эскапады в адрес Сталина — ложные, сфальсифицированные сознательно. Да, мы не имеем права отменять официальные документы, в том числе постановления о культе личности и его преодолении. Ведь КПРФ не является правопреемницей КПСС, она правопреемница Коммунистической партии РСФСР.

Но Сталин не нуждается в реабилитации, ибо он никогда не был осужден. А решения КПРФ (я участвовал в их подготовке) имеют чрезвычайно важное значение. Партия отмежевалась от антисталинского курса, который угробил нашу страну.

«СП»: Какой опыт сталинской политики мог бы быть сегодня востребован, учитывая изменившиеся обстоятельства?

— Кадровая ротация и борьба с коррупцией. Сталин говорил, «проклятая каста» чиновников, он прекрасно понимал и знал их природу, что она неизбежно со временем начинает влиять, начинается коррупция, бездельничанье.

Была выстроена четкая система подбора, подготовки и передвижения кадров по вертикали и горизонтали. Никто не засиживался. И человек оценивался по его деловым качествам, а не по отчетам, речам или родственным связям. А потом система сталинской подготовки, продвижения кадров, была сломана. При Брежневе она приобрела уже чудовищные размеры, люди сидели на своих постах по 20−30 лет.

И второе — рубить коррупцию, особенно в верхних эшелонах власти, на корню, как это делал Сталин. В Советском Союзе, особенно при Сталине, коррупция не носила системного характера. В нынешней ситуации, если это сталинское наследие будет взято на вооружение, уже хорошо.