Загадочный русский космос: РКК «Энергия» запатентовала метод, разработанный еще 60 лет назад Королевым

Российская Ракетно-космическая корпорация «Энергия» разработала и запатентовала систему создания искусственной гравитации на космическом аппарате. Это позволит сохранять здоровье и создавать комфортные условия для работы космонавтов при длительных полётах. Прежде всего — на Луну и Марс.

Известно, что без влияния гравитации у тех, кто работает на орбите, постепенно ослабевают мышцы, становятся менее плотными кости. В организме нарушаются процессы обмена веществ и кроветворения, меняется работа вестибулярного аппарата и органов чувств.

Как рассказала «Свободной Прессе» летчик-космонавт (167 суток на орбите), герой России Елена Серова, сейчас на реабилитацию после возвращения с орбиты требуется столько же суток, сколько исследователь провёл в космосе, хотя у всех это индивидуально. Процесс может занять и более длительное время. Кроме того, космонавты тратят по несколько часов в сутки на процедуры, которые облегчат восстановление на Земле. Искусственная гравитация позволит сэкономить это время.

РКК «Энергия» официально закрепила за собой права на новую архитектуру космической системы, которая способна генерировать искусственную гравитацию за счёт вращения.

Патентная заявка, поданная в Федеральную службу по интеллектуальной собственности, описывает не просто экспериментальный стенд, а полноценную космическую конструкцию, создающую силу тяжести, эквивалентную половине от земной гравитации.

Идея «Энергии» не нова. Один из основателей космической физики Борис Раушенбах рассказывал о том, как у Королёва возникла идея создания искусственной тяжести на космическом корабле.

В конце зимы 1963 года главный конструктор, расчищал дорожку от снега у своего домика на Останкинской улице, и его осенило. Королёв сразу позвонил по телефону Раушенбаху, который жил неподалеку, и вскоре они вместе стали «расчищать дорогу» в космос для длительных полетов.

Тогда речь шла о своеобразной «гантеле» — двух связанных длинным тросом объектах, вращающихся вокруг общего центра масс. Одни обект — собственно космический корабль, второй, как предлагал королев, последняя ступень ракеты-носителя.

В 1963 году Королев думал о полетах на Луну и даже к Марсу: в ОКБ-1 уже разрабатывались проекты межпланетных кораблей. И уж, конечно, не случайно будущая система искусственной тяжести рассчитывалась на одну шестую земной — такую же, как на Луне.

Проблема современной российской космонавтики в том, что систему-то запатентовали, а вот о межпланетных пилотируемых полётах пока даже никто и не думает.

Как рассказал «Свободной Прессе» научный руководитель Института космической политики Иван Моисеев, в России написана и официально утверждена программа космических исследований до 2036 года, и в ней нет ничего, кроме запуска на Луну автоматов.

Да что межпланетные корабли. Новый орбитальный корабль разрабатывается с 2009 года, а кроме макета ничего так и не создано. Единственное, что изменилось за эти 15 лет — аппарат трижды сменил название.

Теперь он — «Орёл», раньше звали его «Федерация». А летаем мы по-прежнему на «Союзах», созданных ещё Королёвым.

Но даже если «Орёл» доведут до ума (а теоретически он может совершить облёт Луны без посадки), то на нем невозможно будет установить систему искусственной гравитации — компоновка не позволяет.

Отсутствие гравитации в космосе компенсируется действительно высокими достижениями космической медицины. Ещё в первой половине 90-х годов космонавт-врач Валерий Поляков установил вечный рекорд. Стартовав 8 января 1994 года на корабле «Союз ТМ-18», он проработал на станции «Мир» непрерывно 437 суток 18 часов.

Позже Поляков объяснял, что основной его целью, как доктора, было доказать, что при качественном медицинском обеспечении и должной физической подготовке человек сможет работать в невесомости и противостоять всем негативным факторам даже на протяжении внушительного срока.

Поляков впервые испытал специальные костюмы «Пингвин» и «Чибис» (они создают тяги для скелета и провоцируют отток крови к ногам). Сейчас это оснащение используют все космонавты на МКС.

И самое главное, что потрясло всех свидетелей посадки: после приземления от спускаемого аппарата он сам, без какой-либо поддержки дошел до палатки спасателей.