Битва за мирный атом: на российские проекты замахнулись Брюссель и Оттава

Турция начала выдвигать свои условия по поводу строительства АЭС «Аккую». Bloombeg цитирует министра энергетики страны Алпарслана Байрактара: «Мы ищем такие факторы, как конкурентоспособность, диверсификация и лучшее технологическое предложение».

Анкара якобы продвинулась в переговорах с канадскими и южнокорейскими компаниями и рассчитывает определиться с выбором партнеров в ближайшие месяцы.

Россия традиционно считается одним из главных претендентов на новые атомные проекты Турции. Однако теперь Канада и Южная Корея тоже предлагают свои услуги.

Почему Анкара начала торговаться? «СП» попросила прокомментировать ситуацию ведущего аналитика Фонда национальной энергетической безопасности, эксперта Финансового университета при Правительстве РФ Игоря Юшкова.

Читайте также

Россия вновь превращается в «сырьевой придаток» — и скоро ей придется этим гордиться В строительстве и торговле предприятия мрут, как мухи

— Турция просто набивает цену. Дело в том, что контракт с Росатомом на строительство АЭС «Аккую» подписан, все детали обговорены. Анкара, видимо, хочет получить какие-то скидки или бонусы, поэтому упоминает других партнеров.

До этого в Турции примерно в том же тоне говорили, что будут сокращать поставки российского газа. Но на этом всё и закончилось. Дешевле российского газа Анкара ничего не нашла. Да и Росатом предлагает Турции льготные условия, на которые никакая другая компания не пойдет.

Эрдоган, как обычно, пытается усидеть на 10 стульях сразу, но что он может изменить, если это проект Росатома и часть продана инвестору? Очевидно, турки хотят сбить цену.

«СП»: В связи с чем и упоминаются «другие партнеры»? А справятся они со столь масштабным проектом?

— Французы и канадцы едва ли, у них нет опыта строительства таких масштабных АЭС. Южная Корея в перспективе может, но Турции это обойдется примерно в полтора раза дороже. Выгода сотрудничества с Росатомом в том, что у него свои подрядчики, не надо привлекать сторонних. Так что Россия просто дает возможность Турции поторговаться. На результат это никак не повлияет, — подытоживает эксперт.

Росатом занимает первое место в мире по числу проектов строительства АЭС за рубежом: 41 энергоблок в 11 странах. Россия также осуществляет экспорт ядерного топлива и услуг в области обогащения природного урана, ведет геологоразведку и добычу урана за рубежом, создает исследовательские ядерные центры в разных странах. По данным Росатома, общая стоимость портфеля зарубежных заказов в 2025 г. превысила $200 млрд.

На сегодня у Росатома в Турции в работе один крупный проект — сооружение атомной электростанции «Аккую». Но в феврале 2024-го глава госкорпорации Алексей Лихачёв заявлял, что принято «политическое решение» о строительстве в Турции второй атомной станции.

Какие перспективы у Росатома в Турции и других странах? Слово — заместителю директора Института национальной энергетики Александру Фролову.

— Сейчас идут переговоры о строительстве Росатомом в Турции второй АЭС — рядом с Синопом на побережье Чёрного моря. Изначально проект планировали с участием Японии. Технико-экономическое обоснование готовили Франция, Япония и сама Турция.

Но проект, что называется, не пошел, потому что подрядчиков пришлось искать по всему миру. Из-за сложностей с финансированием партнёры в итоге отказались от проекта. Позже турецкие власти обратились к Росатому — наша госкорпорация предлагала проект, аналогичный «Аккую», те же четыре энергоблока. Сейчас эксперты с обеих сторон оценивают вероятность участия России в строительстве этой АЭС очень высоко: до 90%.

«СП»: Где помимо Турции Росатом сейчас строит АЭС?

— В ноябре 2011 года Россия и Бангладеш подписали межправительственное соглашение о сотрудничестве в строительстве первой бангладешской АЭС «Руппур» около Дакки. Сейчас завершаются работы на первом энергоблоке.

Помимо этого в ноябре 2015 года Москва и Каир подписали межправительственное соглашение о строительстве Росатомом первой египетской АЭС в составе четырех энергоблоков. Она получила название «Эд-Дабаа».

Стоимость контракта — $30 млрд. Большая его часть будет профинансирована за счет российского кредита, который составит $25 млрд. Год назад главы государств по видеосвязи приняли участие в церемонии установки корпуса реактора 1-го энергоблока, его ввод в эксплуатацию намечен на 2028-й.

Из других масштабных проектов я бы отметил АЭС «Куданкулам» в Индии, АЭС «Бушер» и «Хормоз» в Иране, Тяньваньскую АЭС в Китае — там Росатом уже построил четыре энергоблока, общая стоимость которых оценивается в €3,1 млрд. Росатом обсуждает соглашения о строительстве энергоблоков в Бразилии, Вьетнаме, Киргизии, Лаосе, Монголии, Нигерии, Саудовской Аравии и других странах.

Читайте также

«Трактора» вне закона. Всё, что остаётся — выезжать на «стариках» Импорт авто с дизельными двигателями фактически запрещён, хотя они в России нынче очень нужны

Проблемы пока только у АЭС «Пакш» в Венгрии: новое правительство страны хочет от проекта отказаться, но это скорее «ручное управление» из Брюсселя. ЕС даже обещает оплатить Будапешту убытки, да и другой партнер потребует куда больше.

«СП»: Почему в мире делают ставку на Росатом?

— Просто у него самые выгодные предложения: собственная атомная индустрия, свои специалисты, гарантии утилизации отработанного ядерного топлива. Возвращаясь к проблемам в Турции, могу сказать, что там на строительство АЭС претендует американская компания «Вестингауз электрик», которую купила сейчас Канада.

Но сколько у «Вестингауза» атомных реакторов за пределами США или Канады? Да нисколько! Поэтому претензии на участие в строительстве АЭС «Аккую» в Турции — это, скорее, пиар. И часть политики, потому что министр энергетики отвечает и за вопросы оборонного ведомства, связанные с энергетикой.

«СП»: Чем вызван разворот Росатома в сторону Африки и Азии?

— Атомная энергетика — это политика. Это «мягкая сила» в других странах. Перед началом возведения АЭС мы в России готовим несколько тысяч сотрудников, которые учатся в наших вузах, овладевают русским языком, говорят на нем. Таким образом, мы готовим инженерную элиту в дружественных странах.

Сейчас обученные в России специалисты уже работают и в Индии, и в Пакистане, и в Бангладеш. В одной только Индии у Росатома сейчас 6−8 площадок. Его проекты выбирают, потому что они окупаются и дают прибыль. С нами в этом плане может конкурировать, пожалуй, только Китай.