«Доказательств виновности подсудимых не представлено»

Приморский районный суд Санкт-Петербурга третий год рассматривает уголовное дело компании «Лайф-из-Гуд», «Гермеса», кооператива «Бест Вей». По словам адвокатов, дело под председательством судьи Е.С. Богдановой находится в стадии представления доказательств защиты.

По делу проходят десять подсудимых. По данным защиты, они не являлись руководителями маркетинговой фирмы «Лайф-из-Гуд», австрийско-белизской компании «Гермес» и зарегистрированного в Санкт-Петербурге потребительского кооператива «Бест Вей», а были рядовыми сотрудниками либо предпринимателями, связанными с деятельностью этих организаций.

Часть подсудимых продолжает находиться в СИЗО. Индивидуальный предприниматель Михаил Измайлов содержится под стражей с весны 2022 года. «То есть, учитывая, что при пересчете на отбытие наказания год засчитывается за два, он уже фактически отбыл более чем восьмилетнее наказание без приговора! — подчеркивают адвокаты. — Притом все обвинения против него касаются ведения чата клиентов компании «Гермес».

Альмира Гильберт, Анатолий Наливан, Дмитрий Мазанов и Денис Шишко находятся в СИЗО более трех лет, сообщает издание pravda.ru.

Среди подсудимых также 84-летний Виктор Иванович Василенко. По информации стороны защиты, он не был сотрудником указанных организаций и не являлся предпринимателем, сотрудничавшим с ними. Несмотря на возраст и состояние здоровья, он еженедельно посещает судебные заседания, что затрудняет прохождение стационарного лечения. Все последние судебные заседания проходят с участием журналистов различных изданий.

В суде происходит предъявление доказательств защиты. Адвокаты рассказали «СП», что представлено повторное ходатайство об исключении доказательств стороны обвинения, связанных с оперативно-разыскными мероприятиями (ОРМ), а также показаний одного из свидетелей, касающихся этих мероприятий.

По позиции защиты при проведении ОРМ и последующем рассекречивании материалов были допущены нарушения, в частности в деле отсутствуют предусмотренные законом постановления о рассекречивании ряда материалов.

«Само постановление рассекречено, а материалы ОРМ — нет, — подчеркивают адвокаты. — Причем в другом аналогичном материале следствия рассекречивание произведено, то есть правоохранительные органы понимали, что оно необходимо, но по тем или иным причинам в отношении материала, по которому подано ходатайство, не провели рассекречивания. В соответствии со ст. 75 УПК РФ доказательства, полученные с нарушением уголовно-процессуального закона, являются недопустимыми и не могут использоваться для подтверждения обвинения».

Адвокат Денис Маликов сообщил нашему корреспонденту, что ходатайство об исключении ряда материалов ОРМ, которые, по мнению защиты, не прошли надлежащее рассекречивание, суд отклонил без мотивировки.

«Обоснованность ходатайства доказана стороной защиты и очевидна, поскольку постановления о рассекречивании данных материалов отсутствуют. Также было заявлено ходатайство о недопустимости использования в качестве доказательства результатов оперативного эксперимента из-за грубейших нарушений закона об оперативно-розыскной деятельности и УПК РФ. Оно также было отклонено. Суд не мотивировал свою позицию и необоснованно отказал в удовлетворении данного ходатайства».

Кроме того, адвокатами подана рецензия на экспертное заключение о деятельности кооператива «Бест Вей», подготовленное экспертом-экономистом. Рецензия выполнена привлеченным стороной защиты независимым специалистом — доктором экономических наук, профессором Финансового университета при правительстве РФ, судебным экспертом, экономистом и юристом.

«В рецензии, — отмечают адвокаты, — поставлены под сомнение как сами вопросы, требующие в значительной степени юридической, а не экономической оценки, так и ответы эксперта. Отмечено, что эксперту не были представлены финансовые документы кооператива, а его квалификация, по мнению рецензента, не позволяла полноценно анализировать деятельность кооператива с учетом экономических и правовых аспектов».

Сторона защиты подала также ходатайство о признании указанного экспертного заключения недопустимым доказательством, поскольку, по мнению защиты, сделанные в нем выводы не могут считаться научно обоснованными и достоверными.

Представлены и рецензии на ранее представленные экспертные заключения, а также на дополнительную судебно-экономическую экспертизу, назначенную следствием. «Согласно мнению рецензента, вопросы были сформулированы некорректно, а выводы сделаны преимущественно на основе банковских выписок, без анализа первичных документов, поэтому носят предположительный характер», — подчеркивают адвокаты.

Стороной защиты подано ходатайство об исключении указанных экспертных заключений и дополнительной судебно-экономической экспертизы, назначенной по сомнительному ходатайству потерпевшего, которое, по оценке защиты, было заявлено и удовлетворено следователем в период ознакомления обвиняемых с материалами дела. Защита просила признать эти материалы недопустимыми доказательствами.

Стороной защиты проведена лингвистическая экспертиза рекламных и информационных материалов. По выводам исследования, материалы кооператива «Бест Вей», фирмы «Лайф-из-Гуд» и «Гермеса» не содержали признаков агрессивной рекламы, манипулятивного воздействия или введения потребителей в заблуждение.

«Результаты лингвистической экспертизы опровергают позицию о том, что „Лайф-из-Гуд“, „Гермес“ и „Бест Вей“ являются финансовыми пирамидами, - отметил адвокат Юрий Ким. — К признакам финансовой пирамиды обычно относят активную агрессивную рекламу и обещания высокой доходности. Лингвистическая экспертиза показала, что информационные и рекламные материалы этих организаций, а также интервью их представителей не содержат признаков агрессивной рекламы. В справочных материалах и договорах для пайщиков и инвесторов отсутствуют обещания высокой или гарантированной доходности, при этом указаны инвестиционные риски. Данное исследование, по мнению защиты, опровергает выводы обвинения о наличии признаков финансовой пирамиды. Ранее исследования в части лингвистики не проводились, поэтому суд должен дать оценку данному исследованию, представленному стороной защиты».

Подано также ходатайство об исключении вещественных доказательств, при приобщении которых допущены процессуальные нарушения.

В удовлетворении всех ходатайств суд отказал. «При этом судья принимал решения без удаления в совещательную комнату и без сообщения мотивов принятого решения», — подчеркивают адвокаты. — Кроме того, суд отказался содействовать защите в получении банковской информации". При этом рецензии и лингвистическая экспертиза были приобщены к материалам дела.

«На протяжении пяти месяцев сторона защиты добивается признания ряда доказательств недопустимыми, - отметил адвокат Николай Посельский. — По уголовному делу заявляются многочисленные ходатайства о недопустимости доказательств. Приморский районный суд Санкт-Петербурга фактически отказывает в этих ходатайствах, указывая, что соглашается с доводами государственного обвинителя, хотя, по нашей позиции, государственный обвинитель не дает мотивированных заключений по каждому доводу защиты. Между тем такие заключения должны быть мотивированными. Суд, ссылаясь на позицию обвинения, ограничивается краткими выводами об отказе. Защита проводит значительную работу, на каждом заседании заявляются ходатайства, однако, к сожалению, суд фактически следует позиции государственного обвинения. На каждое внепроцессуальное общение судьи и прокурора, а также на нарушения председательствующего судьи мы направляем жалобы в квалификационную коллегию судей. Работа стороны защиты продолжается, и мы уверены в том, что правда будет за нами, поскольку уголовное дело, по нашей оценке, построено на надуманных основаниях, а доказательств виновности подсудимых не представлено».

«Суд фактически подталкивает нас к переходу к допросу подсудимых, которые пока не давали показаний, — дополняет адвокат Ким. — При этом на неоднократные ходатайства о предоставлении протоколов и аудиозаписей судебных заседаний суд отвечает отказом. Предоставлена только часть материалов — за половину 2024 года, за 2025 год они вообще не представлены. В результате сторона защиты лишена возможности полноценно оказать квалифицированную помощь и подготовить подсудимых к допросам. Кроме того, сторона обвинения не закончила представлять доказательства: не допрошены около 20 потерпевших, и обвинение не информирует суд о проделанной работе по их поиску и установлению местонахождения. Последний допрос потерпевшего состоялся 12 февраля 2026 года. В течение пяти месяцев мы не знаем, какая работа была проведена. В этой ситуации считаю нецелесообразным и невозможным переходить к стадии допроса оставшихся подсудимых».