Адвокат Трунов: Беленькая согласна на все, лишь бы не сесть в тюрьму

Ирина Беленькая освобождена из-под стражи. На период следствия она будет находиться под юридическим контролем. Об этом решении сообщил прокурор Экс-ан-Прованса по итогам слушаний, состоявшихся в этом южнофранцузском городе по делу россиянки. Как пояснил генконсул РФ в Марселе Юрий Грибков, Беленькая имеет право не только на свободное передвижение по территории Франции, но и на выезд в Россию, однако она всегда должна выполнять указания органов правосудия Франции. Единственное, ей запрещено приближаться ближе чем 50 километров к дому бывшего мужа Жан-Мишеля Андре и приезжать в Экс-ан-Прованс. Генконсул заверил, что консульство окажет содействие г-же Беленькой, в частности, разместит ее в Марселе на время продолжения судебного процесса и поможет в налаживании повседневной жизни. Добьется ли Беленькая право воспитывать собственного ребенка, как будут развиваться дальнейшие события, рассуждает адвокат Игорь Трунов.

«СП»: — Игорь Леонидович, как вы оцениваете текущую ситуацию с Ириной Беленькой?

— Мы видим, Беленькую не отпустили. Ей применили определенного вида меру пресечения, которая не связана с содержанием под стражей, что для европейских стран традиционно. Это только у нас, в России, всех сажают в тюрьму. В Европе считают, если преступление не тяжкое, нет смысла сажать.

Хотя в данном случаем, кроме кражи ребенка, которая является во Франции уголовным деянием, ей вменяется еще и организация нанесения телесных повреждений бывшему супругу. Естественно, вопрос стоит как в плоскости уголовного права, так и гражданско-правовых отношений, и одно другое не подменяет.

Если есть мировое соглашение в части воспитания ребенка, развода и раздела имущества — наверняка эти нюансы были, они просто не звучат, нас интересует только ребенок — это абсолютно не снимает уголовной ответственности и, как следствие, разбирательства по этому делу.

«СП»: — При уголовном разбирательстве будет учитываться мировое соглашение по ребенку?

— Институт примирения значительно более развит во Франции, чем в России. При рассмотрении уголовной составляющей будет учитываться момент гражданско-правовой. Тем не менее, надо понимать, что это два разных процесса, и дело во многом зависит сейчас от поведения отца. Насколько он воспользуется этой ситуацией, насколько он этичен.

О чем идет разговор? Конечно, Беленькая сейчас согласна на все, что угодно, лишь бы не сесть в тюрьму на длительный срок. И в данной ситуации отец, конечно, диктует условия. Что он скажет, то и получится в итоге при рассмотрении дела.

«СП»: — Это следствие недоработок российского законодательства?

— У нас нет ответственности за похищение ребенка, и абсолютно неверным было заявление председателя СК о том, что сейчас мы тут возбудим уголовное дело. Нет такой ответственности, близкие родственники, родители, дедушки и бабушки, могут похищать своих детей и внуков совершенно безнаказанно.

Налицо недоработки российского как уголовного, так и гражданского законодательства. У нас нет противовеса тому, что происходит во Франции. Если бы у нас было законодательство, соответствующее международным нормам, этой ситуации вообще бы не возникло.

Наша Госдума должна привести в соответствие с международными нормами тот объем нормативной базы, который регламентирует брачно-семейные отношения. Тогда у нас никогда не будет постразводных скандалов, преследований и побоев, что происходит в России повсеместно, и на что мы не обращаем внимания.

«СП»: — Допустим, мы привели в соответствие законодательство. Подобных ситуаций больше не возникнет?

— Когда мы приводим в соответствие наше законодательно международным нормам права, у нас появляется возможность подписать договор о правовом сотрудничестве и признании судебных решений между Францией и Россией. Сейчас подписать договор не удается, они говорят: да у вас там с законодательством не пойми что происходит. Ваши решения основываются на совершенно дремучих законах! И они правы.

Поэтому первая серия — мы приводим в соответствие законодательство, вторая — договор. И тогда не получается ситуации, когда у нас есть решение, и во Франции есть, и оба параллельно существуют, и оба легальны и законны. Тогда получается, если у нас состоялось судебное решение первое, его и надо считать основным. И тогда получается, что ребенок остается с матерью, и получается, что ребенка похитил — или пытался, это одно и то же — Жан-Мишель Андре. Тогда мы имеем право здесь возбудиться и передать дело в Интерпол, и тогда Франция нам отказать не может, а обязаны выдать его нам.

«СП»: — Сейчас Беленькая говорит, что будет добиваться свидания с ребенком. Это тоже всецело зависит от решения бывшего мужа?

— Да, как он решит, так и будет. В России, кстати, аналогичная ситуация. Если человек находится под следствием, сидит в тюрьме, и хочет видится с ребенком — ну, знаете… Можно, конечно, ребенка на свидание привести, договорится со следователем. Но опять же — на усмотрение второго родителя.

«СП»: — Каковы временные перспективы дела?

— Такие дела тянутся достаточно долго. Нужно понимать, что международное законодательство повсеместно использует суды присяжных. Во Франции есть суды присяжных, которые рассматривают и гражданские, и уголовные дела. Вообще, во Франции развод — это не обязательно суд. Там система такая: пишутся два соглашения, мужа и жены, где указаны все параметры. Адвокаты сравнили — все совпало — в суд идти не надо. Это заверяется, и все свободны, процедура достаточно четко налажена. Но в данной ситуации она идет по самому длинному пути.

Фото [*],[*]