Эксперт: Разговоры о запрете игр для подростков удобны политически, но опасны социально

После трагедии в школе Одинцово разговор о «вреде» видеоигр возник почти автоматически. Это закономерная реакция: в ситуации шока и ужаса общество ищет простое и понятное объяснение, сказал в беседе со «Свободной Прессой» директор по развитию направления игровой индустрии университета «Синергия» Михаил Пименов.

По его мнению, видеоигры для этого «удобны» — они массовы, визуально выразительны и до сих пор плохо понятны значительной части аудитории. Однако ни факты, которые известны по конкретному делу, ни научные данные не подтверждают тезис о том, что игры способны «порождать агрессию, ведущую к подобным преступлениям».

Утром 16 декабря 15-летний девятиклассник совершил вооруженное нападение на элитную Успенскую СОШ в поселке Горки-2 (Одинцовский городской округ Московской области). Молодой человек с ножом и перцовым баллончиком напал на двоих человек. В итоге ученик четвертого класса погиб и был ранен охранник.

«В самом описании произошедшего нет ничего, что указывало бы на причинную роль видеоигр. Речь идет о заранее подготовленном нападении: был написан манифест, использовалась символика, присутствовал личный конфликт, а также заметны признаки психической дестабилизации и радикализации. Игры в этом контексте — лишь фон, такой же, как музыка, фильмы или интернет, которыми сегодня пользуются миллионы людей. Сводить весь этот комплекс причин к формуле „он играл в видеоигры“ — значит сознательно упрощать картину и уводить разговор от реальных проблем», — полагает Пименов

Тезис о том, что видеоигры «вызывают агрессию», также не выдерживает проверки наукой. Современные исследования показывают лишь кратковременное повышение возбуждения или раздражения от жесткого контента — эффект, сопоставимый с эмоциональным кино, стрессовой ситуацией или даже спортом.

«Связи между игровым опытом и реальным насильственным поведением не обнаружено. В частности, крупномасштабные исследования, такие как работы Дэвида Зендла с участием более трех тысяч человек, не выявили зависимости между видеоиграми и склонностью к жестокости. Многие же пугающие выводы строятся на работах с методологическими ошибками, где не учитываются социальная среда, семья и личностные особенности, а причина и следствие попросту путаются», — пояснил собеседник «СП».

Исторически такие страхи уже возникали вокруг книг, телевидения и рок-музыки, и каждый раз время показывало их несостоятельность. Как и тогда фокус на видеоиграх удобен политически и медийно, но опасен социально. Он позволяет не обсуждать действительно болезненные темы: доступность психологической помощи для подростков, качество школьной среды, вопросы безопасности, раннее выявление радикальных и суицидальных настроений, ответственность взрослых и профильных институтов, подчеркнул эксперт.

«При этом разговор о „вреде“ часто игнорирует доказанные положительные эффекты видеоигр. Исследования фиксируют развитие когнитивных способностей, внимания, пространственного мышления, навыков планирования, а в многопользовательских форматах — и социальных навыков, командного взаимодействия и коммуникации. Для подавляющего большинства людей игры остаются формой досуга, способом снять напряжение и пообщаться, а не источником агрессии», — заключил Пименов.

Ранее председатель комитета Госдумы по защите семьи, вопросам отцовства, материнства и детства Нина Останина говорила, что администрация школы в Подмосковье, где ученик устроил поножовщину, бездействовала.