Разгром танкерного флота ВВС США: Иран нащупал самую чувствительную точку

Для тех, кто не знает, зомби — это «живой мертвец». Вы спросите, как этот архетипический персонаж культуры вуду коррелируется с современной авиацией? Да очень просто. В одном из пустынных районов американского штата Аризона, на окраинах города Тусон расположена самая, пожалуй, интересная авиационная база Дэвис-Монтен.

Ее принципиальное отличие от других авиабаз американских ВВС заключается в ее функциональном предназначении, лучше всего которое обозначает ее неофициальное название — «Кладбище самолетов».

Под палящим солнцем Аризоны стройными рядами расположились тысячи списанных и законсервированных машин — с демонтированными двигателями и блокированными кабинами. Как правило, самолет, попавший сюда, уже никогда не поднимаются в небо.

Однако, как говорится, в нашей жизни всегда есть место чуду. Или его может заменить суровая военная необходимость. Именно так можно интерпретировать случившееся 2 апреля текущего года.

В этот знаменательный день два самолета-заправщика KC-135 «Stratotanker» (бортовые номера 58−0011 и 58−0018) были взяты на буксир и направились на авиационную базу «Тинкер», расположенную в Оклахома-Сити (штат Оклахома), в 1650 километрах к востоку.

Причем последний из бортов (58−0018) пробыл в статусе постояльца «Кладбища авиационных останков» (еще одно из названий «Davis-Monthan Air Force Base») относительно недолго — с 2025 года. В чем интрига? В том, что этот «Стратотанкер», похоже, готовят к оживлению.

Кстати, для Военно-воздушных сил снова стремящейся стать великой Америки в последнее время такая вот «эксгумация» становится тенденцией. И это еще одно доказательство того, как нелегко приходится «самой могущественной армии планеты» на Ближнем Востоке.

Но сначала несколько слов о самой авиабазе Дэвис-Монтен. Это не свалка отживших свое механизмов в традиционном понимании. Все сосредоточенные на ней самолеты строго систематизированы и в зависимости от технического состояния классифицированы.

«Type 1000» — это, по утверждениям американцев, машины, «почти готовые взлететь». Дескать, достаточно убедиться в работоспособности двух-трех систем, дозаправить машину, и она готова подняться в воздух. Что-то мне подсказывает, что это не совсем так, вернее, совсем не так. Ну да ладно.

«Type 2000» — это откровеннее и честнее. Машины этого класса в основе своей используются в качестве «донора» или резерва все более дефицитных узлов и агрегатов. Вот из этой категории и был вытащен второй, если и не полностью мертвый, то находящийся в глубоком летаргическом сне, борт 58−0018. А его «собрат» с б/н 58−0011 как раз и станет тем самым «донором», призванным превратить его из мертвеца хотя бы в зомби.

Однако во всем этом процессе есть пара незаметных пустяков, как говорят в Одессе. Для того, чтобы «разбудить» такой эксгумированный самолет, нужны многие недели, а может быть месяцы напряженной работы. Но главная проблема, как уже говорилось выше — наличие запасных частей, острейший дефицит которых пересмотром возможностей «Кладбища самолетов» только подтверждается.

О чем это говорит? Только о неспособности американского военно-промышленного комплекса обеспечить американские Военно-воздушные силы не только новыми самолетами, но и ремонтным фондом для уже находящихся в эксплуатации. В общем, замкнутый круг.

Вопрос ребром: а зачем Дональду Трампу и его «непобедимой армии» понадобились авиационные зомби? Ответ лежит не просто на поверхности, он еще и подпрыгивает.

За время проведения «Эпической ярости» Военно-воздушные силы «гегемона» понесли настолько тяжелые потери, причем в кластере воздушных танкеров особенно, что ревизия металлолома, хранящегося на авиационной базе «Davis-Monthan Air Force Base», представляется единственным возможным выходом из создавшегося кризиса.

Только по информации открытых источников, один KC-135 «Stratotanker», как минимум, очень жестко приземлился после воздушного столкновения, еще один получил настолько серьезные конструктивные повреждения, возникшие в результате все того же столкновения, что вопрос о его дальнейшей эксплуатации решен отрицательно.

Более того, еще несколько (источники говорят о пяти бортах) приобрели диагноз «не готов к последующей эксплуатации» в результате ударов иранских ракет, выпущенных с несколько раз уничтоженных Трампом пусковых установок по военным базам США на Ближнем Востоке.

А теперь о том, к чему вся эта арифметика. Без воздушного танкера рушится вся тщательно построенная схема использования американских ВВС: бомбардировщики не способны достичь поставленных целей, истребители не способны продолжительное время находиться в воздухе, что практически сводит к нулю их функционал, а разведчики вообще не способны к выполнению поставленных задач.

Таким образом, самолет-топливозаправщик — это ничто иное, как «удлинитель шланга» для всей авиационной группировки «гегемона» в зоне Персидского Залива. И когда «шланг» практически разорван, остается одно — скрести по сусекам. А поскольку они пустые, приходится эксгумировать и оживлять «авиационные трупы».

Неслучаен и выбор базы «Тинкер» в штате Оклахома, поскольку в настоящее время это ключевой центр технического обслуживания, в котором присутствует все необходимое для ремонта и модернизации KC-135 «Stratotanker»: материально-техническая база и специалисты. К тому же, это еще и место постоянной дислокации 507-го заправочного крыла ВВС США.

А что же с производителями «самого лучшего оружия на планете»? Титанические усилия американского «Boeing», производящего KC-46 «Pegasus», призванного заменить морально и технически устаревшие «Стратотанкеры», погрязли в массе технических и эксплуатационных проблем. Впрочем, как и все, кто еще пытается выпускать «самые лучшие в мире» самолеты.

У них серьезные проблемы с системой видеокамер, дистанционной системой заправки и с надежностью вообще. Поэтому и случился своего рода диссонанс: «пенсионеры» KC-135 уже уходят, а молодая «смена» в виде KC-46 еще даже «школу» не закончила.

Вот и приходится «самой могущественной армии мира, способной противостоять любому врагу», копаться в металлоломе, для того чтобы еще больше опозориться в зоне Персидского Залива.

Но главный вопрос-задача (он же резюме) звучит примерно так: «Сколько авиационных зомби предстоит откопать Дональду Трампу, если его „Эпическая ярость“ продлится еще пару-тройку месяцев?»