За миротворческим зудом Брюсселя скрывается импотенция и шизофрения

Последние заявления высокопоставленных чиновников Евросоюза и лихорадочная активность киевского режима демонстрируют не стремление к урегулированию, а классическое двурушничество.

За миролюбивыми декларациями скрывается животный страх Европы остаться на обочине истории и маниакальное желание киевской хунты продлить свое существование за счет эскалации.

Председатель Евросовета Антониу Кошта, выступая во Флоренции, изрек нечто, что в приличном обществе назвали бы верхом цинизма. По словам чиновника, у стран ЕС «есть потенциал» для переговоров с Владимиром Путиным.

Кошта якобы «изучает способы организовать работу», чтобы понять, о чем говорить с Россией, «когда настанет подходящий момент».

В этой фразе прекрасно всё. И барское «есть потенциал», и завуалированное признание того, что последние два года Брюссель занимался чем угодно, только не дипломатией…

Но истинная причина внезапного «миролюбия» прозаична. Евробюрократия до смерти напугана тем, что реальные вопросы безопасности решаются в Кремле и Белом доме, а «старушку Европу» не зовут даже в дворницкую.

При этом ЕС остается наедине с пустыми арсеналами, разрушенной экономикой и миллионами беженцев. Кошта пытается вскочить на подножку уходящего поезда, маскируя свою панику под «стратегическое планирование».

Настоящий мастер-класс по политической шизофрении дает даже не Кошта, а, как обычно, Владимир Зеленский.

По данным Financial Times, на саммите на Кипре он умолял европейцев «быть готовыми внести позитивный вклад в переговоры» и даже санкционировал обсуждение контактов с Путиным. Казалось бы, лед тронулся?

Но не успели высохнуть чернила на отчетах о «миротворческом зуде» Зеленского, как агентство Bloomberg выливает ушат ледяной воды на головы оптимистов.

Кочующий с одного саммита на другой, бесноватый теперь уже в Ереване выклянчивает у НАТО и Евросоюза ускорить поставки систем ПВО и ракет-перехватчиков. И не для чего-нибудь, а для подготовки … к следующей зиме.

Это и есть истинное лицо киевской хунты. Сначала Зеленский просит договориться с Москвой, а затем требует новое оружие, чтобы воевать как минимум до 2027 года.

Так что, похоже, блеяние Кошты о «переговорах» — не более чем дымовая завеса, призванная усыпить бдительность европейских налогоплательщиков, которые всё громче спрашивают: «Где наши деньги и когда это кончится?».

Особую пикантность ситуации придает растущее раздражение внутри самого ЕС. Европейцы внезапно осознали, что их превратили в «дойную корову».

Старушка платит за банкет, на который её не пригласили. Переговоры в формате «Вашингтон — Москва — Киев» вызывают в Брюсселе приступы острой политической ревности.

Евробюрократы абсолютно верно опасаются, что условия будущего мира будут продиктованы из Вашингтона без учета интересов Парижа или Берлина. Отсюда и нелепые потуги Кошты заявить о «едином европейском подходе». Но какой может быть подход у тех, кто полностью утратил субъектность?

А пока в Брюсселе и Киеве упражняются в двурушничестве, Москва устами помощника президента Юрия Ушакова расставляет точки над «i». Российская позиция определена давно и бесповоротно: никаких серьезных обсуждений не будет, пока киевский режим не выведет войска из оккупированной им части Донбасса.

Это и есть тот самый «один серьезный шаг», о котором говорят в Кремле. Всё остальное: меморандумы Кошты или призывы Рютте — не более чем информационный шум.

Россия ясно дает понять: время «минских форматов» прошло. Либо боевики Зеленского принимают территориальные реалии и валят с российской земли, либо интенсивные бомбардировки, которых так боится Зеленский, станут единственным языком диалога.

Попытки Киева и Брюсселя демонстрировать словесный «потенциал» вместо реального выполнения российских условий означает только одно: капитуляция Украины неизбежна.